Ольбик Александр / Почка для президента

 - Но  Брод уже его не  слушал: сильно опадая на левую ногу, он поднялся
 на  крыльцо и вошел в дом. Вскоре оттуда показалась мощная  фигура  человека
 лет  35-40.  На  нем  был  темно-синий  спортивны  костюм,  смоляные, гладко
 зачесанные назад  волосы  и  совершенно  неулыбчивые глаза. В  дверях  снова
 показался Брод.
  - Слышь, Серго, это Никола, он тебе поможет перетащить ребят в дом.
  Брод  подошел к машине, наклонился над охранником  и вложил ему в  губы
 зажженную сигарету.
  - Курни, браток, может,  немного  полегчает, - сказал  Брод  и  уступил
 место Николаю.
  Охранника   отнесли   в   гостиную  и  положили  на   кусок  целлофана,
 расстеленного  на ковре. С  водителем было труднее - тот напоминал тряпичную
 куклу. Когда они сняли с него одежду, увидели бурый  сгусток крови - пуля от
 правой  ключицы прошла навылет,  видимо, задела  верхушку легкого  и  опасно
 сместилась к позвоночнику. Вторая пуля достала его по касательной с черепной
 коробкой. Жирная бело-кровавая борозда шла от уха к теменной части головы. .
  Карташов вместе с хозяином дома  отправился в ванную комнату мыть руки.
 Все блестело мрамором и никелем.
  - Водила в очень тяжелом состоянии, -  сказал Карташов, - все сиденье в
 кровищи, хоть выжимай.
  -  Я  до сих  пор  не  могу  в  это  поверить.  Час  назад  ребята  еще
 разговаривали, шутили, травили анекдоты и на тебе...
  - Это всегда приходит внезапно, - Карташов машинально взглянул на часы.
 - Светка моя уже в Москве...
  - Извини, Серый, мне надо  позвонить в  одно место, - Брод  вытащил  из
 кармана мобильный телефон и начал набирать номер.
  Из его разговора Карташов  понял - Веня звонил  врачу, но,  видимо, тот
 был занят. Последовал  еще один звонок,  по номеру, который  Броду  дали  на
 другом  конце провода. Разговор  состоялся очень лаконичный:  "Срочно  нужен
 хирург. Созвонись с Блузманом и гоните с ним сюда"...
  - Идем, Серго, чего-нибудь выпьем, - и Брод повел его в гостиную.
  Из   множества   напитков   Карташов  выбрал  "Столичную".   Закусывали
 печеночным паштетом со свежим огурцом.
  - Я практически  здесь живу, - сказал Брод.  - А при таком  интенсивном
 отстреле деловых людей  никакая крепость не спасет...Сейчас даже в Бутырской
 тюрьме не можешь чувствовать себя в безопасности. Еще налить?
  -  Нет,  я лучше  закушу,  а  то  кишка  с  кишкой начинает  задушевный
 разговор.
  - Идет, ты сейчас немного подкрепись и съезди  в Рождествено...Не забыл
 дорогу?
  - Да, по-моему, тут всего одна и есть.
  - Встретишь на автобусной остановке нужных нам людей...хирурга Блузмана
 и   моего  шефа...Таллера...  Такой  длинноногий  журавль   с   брежневскими
 бровями...щегольские усики...  Потом  мы с тобой  посидим,  покалякаем  и ты
 расскажешь  какими судьбами оказался в Москве и  в том  самом  месте и в  то
 самое время, когда Брода собирались замочить...
  - А это ничего,  что я немного под балдой? -  Карташов щелкнул  пальцем
 себя по горлу. - Не хотелось бы встречаться с гаишниками...
  - Пока едешь, хмель испарится. Кроме тебя некого послать, ты же видишь,
 какая  ситуация. У  нас  так принято: если гостей встречают, значит,  дорога
 чистая и прием будет без ментов.
  - Ясно! Но я никого не могу садить в машину, там кровищи по колено.
  - Согласен, идем в гараж.
  Брод привел его к  гаражу и открыл  своими ключами  замок. Зажег свет и
 Карташов увидел четыре автомашины, тускло поблескивающие элегантными боками.
  - Выбирай любую, кроме "мерседеса",  у него пустой  бак. Но мой совет -
 бери микроавтобус, в нем хватит места на всех гостей.
  Карташов открыл двери темно-синего "шевроле" и осмотрел кабину.
  - Ты, Веня,  рискуешь, посылая меня  в город. У меня  нет  при  себе ни
 прав, ни паспорта. В случае чего, ищи в бомжатнике.
  - Паспорт  еще ничего не меняет...У меня  два паспорта  - российский  и
 заграничный, а меня все равно, как куропатку  хотят пустить  в распыл. Здесь
 тихий район, но если попадешься ментам - умри, но дорогу сюда забудь.
  - Гони ключи, - Карташов забрался в кабину и сразу почувствовал себя на
 месте.  В  Латвии,  в рижском омоне,  ему  приходилось частенько мотаться за
 рулем "рафика", а этот "шевроле" явно был его двоюродным братом.
  В   Рождествено  всего  три  десятка  коттеджей   и  четыре  улицы.  На
 автовокзале  его  уже ждали. Из красного микроавтобуса  вышел коренастый,  в
 сером костюме малый, и стал ждать, озабоченно озираясь по сторонам.
  - А где сам  Вениамин Борисович?  - подозрительно оглядывая Карташова с
 ног до головы, спросил незнакомец.
  - Он просил вас  сразу же  связаться с ним по  мобильнику,  -  Карташов
 понимал, что эта процедура нужна им для страховки.
  После разговора по телефону, двое  мужчин и одна  женщина  пересели  из
 красного   микроавтобуса   в  "шевроле",   и  Карташов  почувствовал  запахи
 французской парфюмерии. "Журавль" уселся  позади,  закурил. Карташов  спиной
 ощущал его  немое присутствие  и ему казалось,  что еще секунда и он услышит
 последний в своей жизни выстрел. В затылок.
  Он вырулил  на грунтовку  и направился в сторону липовой аллеи. Ехал не
 быстро, вглядываясь в  пляшущие  над асфальтом вечерние тени.  "Если  это не
 сон, - думал Карташов, - то что? Идиотизм какой-то да и только..."
  Сунул в рот сигарету, но так и не догадался ее прикурить.