Ольбик Александр / Почка для президента

    Александр Ольбик.
     Почка для Президента
 
 
  coy Coyright Александр Ольбик
  Email: olik@olutio.lv
  Date: 5 Fe 2002
 
 
  Криминальный роман
 
 
  Жизнь - серьезное дело!
  Л. Толстой.
 
  Смерть - не добро и не зло.
  Сенека.
 
 
 
 
 Перестрелка на Рижском вокзале
 
 
  Карташов  сидел  в  зале  ожидания -  до  прибытия  экспресса  "Латвия"
 оставалось чуть  больше  сорока минут. Он напряженно  поглядывал  на круглые
 станционные часы, нервно мял в руках довольно потрепанную ветровку.
  Ему  хотелось курить,  и он вышел на  крыльцо. Светловолосый  худощавый
 паренек торговался с цыганкой, продававшей железнодорожный билет.
  - Имей совесть, чавела! Да я за сто долларов...
  Женщина  обратила  свой  взор  на  Карташова, но  тот,  зажав  в  зубах
 сигарету, и, бросив "отвали", сошел по ступеням вниз.
  К  тротуару  подкатил темно-синий  джип,  из  которого выбралось  целое
 семейство: молодая пара с двумя детьми и  пожилая дама  в  широком цветастом
 платье. К ним подошел носильщик  и  стал сноровисто  укладывать  чемоданы  и
 сумки на поблескивающую пластмассовыми боками тележку.
  Спекулянтка  между  тем  обрабатывала молодую девицу,  а та, видимо, не
 зная  как  поступить,  краснела,  то и дело  перекладывая  из  руки  в  руку
 объемистый целлофановый пакет.
  Карташов  отвернул манжет рубашки  и посмотрел  на часы  -  до  прихода
 рижского  поезда  оставалось  тридцать  минут.  Однако не  успел он  это как
 следует   осмыслить,   как   станционный   громкоговоритель   сотряс  воздух
 сообщением: экспресс "Латвия" опаздывает на час пятнадцать...
  Карташов направился вдоль вокзала, к киоску, расположенному в самом его
 конце. Он уже почти сравнялся со ступенями, ведущими  в пункт обмена валюты,
 когда рядом, у  бровки тротуара, остановилась четырехдверная "ауди". Из  нее
 вышел  в  темных очках, коренастый, склонный к полноте,  мужчина, и Карташов
 мог  поклясться,  что  человека  с  такой походкой  и  с  таким огромным,  с
 залысинами, лбом он уже где-то видел.
  Мужчина что-то сказал сопровождавшему его молодому парню и, взяв у того
 большой коричневый кейс, стал подниматься на крыльцо пункта обмена валюты.
  Передняя дверца  "ауди"  распахнулась,  и Карташов увидел  сидящего  за
 рулем  упитанного,  тоже  молодого,  водителя.  Тут  же  внимание  привлекла
 припарковавшаяся за джипом "девятка" с  тонированными стеклами. Однако время
 шло, а из машины никто не появлялся.
  Карташов дошел до киоска и, купив бутылку пива, зашагал назад, чтобы за
 телефонной будкой  сесть на лавку и спокойно перекурить.  Он уже  был в двух
 шагах от кабины, когда на пороге обменного пункта появился тот же  человек с
 коричневым  кейсом  и  Карташов отчетливо увидел его  лицо.  Сначала  он  не
 поверил своим глазам  -  перед  ним, вне всякого  сомнения,  предстал не кто
 иной,  как  Венька  Брод.  Солагерник,  на  три  года раньше его вышедший на
 свободу. Карташов собрался было его окликнуть, как вдруг "девятка" с темными
 стеклами ожила. Обе задние  дверцы распахнулась  и  из них стали выскакивать
 люди с пистолетами в руках. Они тут же открыли стрельбу и Карташов, глядя на
 спускавшегося по ступеням  Брода,  запоздало осознал, что выстрелы посвящены
 его особе. Когда Брод уже начал падать, рука его телохранителя, откинув полу
 пиджака, извлекала из  кобуры пистолет. А нападавшие  уже были на тротуаре и
 один  из  них  двумя выстрелами  уложил на  руль  водителя  "ауди", а второй
 нападавший, стреляя на ходу, побежал в сторону падающего со ступенек Брода.
  Карташов прижался к  будке  и, как зачарованный, смотрел  на  человека,
 приближающегося  к Броду.  Он видел, что  охранник  того растерялся:  вместо
 того, чтобы вывести из игры бежавшего в сторону Брода налетчика, выстрелил в
 его  напарника,  находящегося   ближе  к  "девятке".   Пуля  скользнула   по
 металлической  опоре и,  не  задев  нападавших,  улетела  в  сторону  камеры
 хранения.  Однако  второй выстрел  телохранителя  был точным  -  нападавший,
 словно   споткнувшись  о   невидимое   препятствие,  дернулся,  его   колени
 подогнулись и  он  плашмя упал под  колеса  "девятки".  А  тот, что бежал на
 Брода,  продолжал беспорядочно стрелять  и Карташов  увидел,  как  огромная,
 горящая в солнечных лучах витрина раскололась и начала распадаться на острые
 клинья. Между выстрелами слышался обвальный звон стекла.
  Брод  скатился с крыльца, кейс, выпавший  из его  рук, одиноко  замер в
 метре-полутора  от него. Серебристая  монограмма на крышке кейса блеснула на
 солнце  и  тут  же  покрылась  поднятой  с  тротуара  пылью.  Пальцы  Веньки
 ожесточенно скребли асфальт,  но так и  не смогли  дотянуться  до  заветного
 чемоданчика.  Первым к нему подскочил грабитель. Он ухватился за ручку кейса
 и,  развернувшись  на  сто  восемьдесят  градусов, отбросил  его  в  сторону
 "девятки",  где его тут же подхватил  третий соучастник  ограбления. Это был
 сухощавый, смуглый тип, с заметной  бородавкой с правой стороны носа. Вместе
 с кейсом он скрылся в машине, которая тут же сорвалась с места и смешалась в
 автомобильном  потоке. А между тем, нападавший повернулся  лицом к Броду, и,
 выставив вперед руку с пистолетом, прицелился тому  в голову. И скорее всего
 произошло  бы  еще  одно убийство, если бы не Карташов. Сделав от телефонной
 будки  два стремительных  шага, он с  оттягом нанес  бутылкой удар по голове
 бандита. Бутылка разбилась  и  пиво,  оставляя на тротуаре  пенные  разводы,
 пахнуло  в нос дрожжевыми запахами. Человек упал, уткнувшись носом в грязный
 асфальт. Выпавший из его рук пистолет отлетел к крыльцу...