Ольбик Александр / Бой на Мертвом поле

    Александр Ольбик.
     Бой на Мертвом поле
 
 
      © Copyright Александр Ольбик
      Email: olbik@solutions.lv
      Date: 20 Sep 2001
 
 
 
 
 
                       Посвящается памяти моей жены Эллы.
 
 
 
 
 Глава первая
 
 
      У хозяина строения No  9 Германа Арефьева возникли серьезные проблемы с
 мочеиспусканием. Два  года  назад  прострелянный мочеточник  дал осложнения.
 Проведенное в  клинике Склифосовского обследование показало:  правая  почка,
 из-за постоянного воспалительного  процесса, превратилась в трухлявый  гриб,
 который никуда, кроме, пожалуй, мусорного ведра, не годится.
      Постояв впустую над унитазом, Арефьев застегнул молнию и спустил  воду.
 Этот шумовой жест предназначался для  ушей жены  Златы,  которая  болезненно
 переживала, когда ему не удавалось без проблем сходить по маленькому.
      Он  прошел  на  кухню  -- просторную,  светлую,  стены  которой  обшиты
 кедровым тесом -- и с порога объявил, что у него все о"кэй...
      Злата --  маленького  росточка,  хорошо  сложенная,  с  синими  глазами
 еврейка, недоверчиво улыбнулась, откинув  со  лба смоляную  прядь волос. Она
 чистила  овощи,   собираясь  приготовить   его  любимое   блюдо  --  кабачки
 фаршированные.
      Арефьев взял из вазы нектарин  и надкусил. Врачи рекомендовали ему есть
 все, что источает сок и  содержит мочегонные компоненты. Однако фрукт ему не
 понравился -- несочный, что делало его совершенно безвкусным.
      В  колени  ему ткнулся широкой  мордой  черный ротвеллер -- молодая,  с
 желтыми  подпалинами сука по  имени Ронда. Потрепав ее  по лоснящемуся боку,
 хозяин  снял с полки металлический  молоток для  обработки мяса и, подойдя к
 огромному  морозильному  шкафу,  вынул оттуда целлофановый пакет с  отборной
 телятиной.
      -- Отбей,  пожалуйста,  два  кусочка,  -- попросил он жену,  -- сделаем
 сегодня разгрузочный день.
      -- Не часто ли ты стал разгружаться?  --  Злата бросила мясо  в мойку и
 открыла горячую воду.
      На  кухню бесшумно  вошел начальник  внутренней  охраны Руслан Чугунов,
 тоже  под  два  метра  ростом,  с  немного  припухшим  лицом.  В  глазах  --
 телохранительская  невозмутимость,   однако   смешанная   с  едва   уловимым
 беспокойством.  Дальше  порога  он не  пошел,  что  означало  -- разговор  с
 хозяином должен быть тет-а-тет.
      Арефьев дотронулся  до  плеча  Златы  и  вышел  из кухни. Когда  они  с
 Чугуновым оказались в коридоре, охранник сказал:
      --  Может, я  зря вас, Герман Олегович, беспокою, но дело в том, что на
 опушке  торчат  две  машины  -- микроавтобус  "фольксваген  " и  темно-синяя
 "хонда". Подъехали и стоят, никто не выходит...
      -- Это, что -- из ряда вон выходящее событие?
      -- Не в этом дело. Такое  ощущение,  что  кто-то  следит за  домом.  Во
 всяком случае,  в  бинокль  хорошо видно,  как  из "хонды" ведется съемка  с
 помощью видеокамеры.
      -- Принеси бинокль.
      -- Одну  минутку, -- охранник бегом  устремился по  лестнице на  третий
 этаж.
      Арефьев вышел  на веранду,  на  окнах  которой  были приспущены жалюзи.
 Когда Чугунов  вновь  появился,  хозяин дома  взял  у  него большой  морской
 бинокль,  приставил  его к глазам и  направил  в  сторону  сгруппировавшихся
 молодых сосенок,  росших на песчаном  откосе. Однако, кроме  пасущихся коз и
 сидящего на пеньке их хозяина Петра Раздрыкина, никого на опушке не было.
      --  Извини, Руслан,  но никаких  машин я там  не  вижу.  Ты,  наверное,
 Петькиных коз принял за них...
      -- Не может  этого быть! -- воскликнул  охранник, как будто от  того --
 есть там чужие машины или нет, зависела его жизнь.
      -- Взгляни сам, -- Арефьев протянул бинокль Чугунову.
      -- Неужели уже слиняли?
      -- Какие-нибудь отдыхающие...Ты номера записал?
      -- Только "фольксвагена", передок "хонды" скрывала трава.
      --  Так  узнай,  чья это  машина...Впрочем, если они по нашу душу, то и
 номера у них, естественно, фальшивые.
      Арефьев вернулся  на  кухню  и  сказал жене,  чтобы она налила  воды  в
 формочки для льда. Затем он направился к  себе в  кабинет и вытащил из сейфа
 недавно  купленный  пистолет  "грач"  усиленной  модификации.  Таким оружием
 оснащаются  сотрудники ФСБ -- дальность  прицельной стрельбы  200 метров, но
 при этом со 100 метров "грач" легко пробивает серийный армейский бронежилет.
      Он  вынул обойму  и  вылущил  один патрон. Потер  им по свитеру и снова
 вложил  в  обойму. Отжал предохранитель,  условно  прицелился в  стоящую  на
 секретере статуэтку,  после  чего  засунул  пистолет в  задний  карман брюк.
 Однако пистолет оттягивал карман и мешал сидеть. Арефьев  подошел к рабочему
 столу и кинул  оружие на ворох бумаг, лежащих в  верхнем  ящике. Взглянул на
 большие напольные часы и пожалел об этом: время подходило к обеду, а желание
 есть -- нулевое. Ему даже  показалось, что  при  упоминании  о еде, во рту у
 него началось противное слюноотделение, заныло в правом боку.
      Чтобы отвлечься от неприятных ощущений, он спустился вниз, в подвальный
 этаж,  где  располагались  бильярдная с кегельбаном  и  где  находился  штаб
 телохранителей. Охрана  не дремала -- все четыре "волкодава", как он называл
 телохранителей, исправно берегли его покой и безопасность.